Будущее черного золота

Нефть и газ для России — одни из главных ресурсов экономики и одни из основных источников дохода бюджета. Какие изменения ждут нефтяной рынок России и мира? Какую роль в этих изменениях играет цифровизация? На эти темы рассуждали представители компаний отрасли, власти и зарубежные эксперты в ходе форума «Нефтегаз-2018».

strategy_31_full_print-554

Бехруз Бейк Ализаде, глава Департамента нефтяных исследований ОПЕК

В середине 2016 года на нефтяном рынке был хаос и феноменальный избыток предложений — 5,4 млн баррелей в сутки. После подписания исторического соглашения об ограничении добычи нефти ситуация стабилизировалась, а отношения между Российской Федерацией и ОПЕК вышли на новый уровень.

К тому же Россия стала ведущим архитектором в формировании успеха на основе этого прорывного соглашения.

Приверженность соблюдению взятых на себя обязательств со стороны всех участников договора позволила снова ввести рынок в состояние равновесия. Нам удалось снизить добычу и, как следствие, достичь целевых показателей: цены повысились, объем коммерческих запасов значительно возрос.

Кроме того, у экономик стран мира, не входящих в ОПЕК, наблюдаются устойчивые темпы роста ВВП — до 3,8%. Улучшились показатели и ВВП России. Это спровоцировало более активный спрос на нефть. Сейчас все знаки указывают на то, что ситуация на нефтяном рынке будет и дальше стабилизироваться.

По нашим прогнозам, страны — участницы ОПЕК продолжат накапливать объем добычи углеводородов на оговоренных уровнях до истечения срока действия соглашения. Возможно, некоторые будут по-прежнему увеличивать поиск, но эти вызовы мы готовы преодолеть.

В общем, можно сказать, что рынок восстанавливает равновесие, это вписывается в нашу долгосрочную картину динамики рынка на основе партнерства с Россией.

Мы понимаем, что сотрудничество и справедливость — залог стабильности рынка. Рыночная стабильность — необходимое условие дальнейших инвестиций. Спрос на водородно-энергетические ресурсы должен быть предсказуем.

Прогнозируется, что к 2040 году он значительно возрастет. Для того, чтобы его удовлетворить, понадобятся триллионы долларов инвестиций. Мы с оптимизмом смотрим в будущее и готовы решать любые вопросы путем совместных усилий в сфере НИОКР, обмена опытом, информацией, обеспечивая стабильное развитие энергетики. 

strategy_31_full_print-555

Татьяна Митрова, директор Энергетического центра бизнес-школы «Сколково»

Промышленная революция 4.0, цифровизация и многие другие процессы меняют тенденции энергопотребления в мире. Раньше мы предполагали, что экономический рост возможен только при росте энергопотребления. Сейчас мы видим целый ряд развитых стран, которые наращивают ВВП без увеличения потребления энергии, жидких углеводородов, электропотребления. А те развивающиеся страны, рассматриваемые нами как основной «черный ящик», который будет всасывать в себя все больше и больше энергии, например Китай, последние годы показывают резкое снижение энергоемкости. Значимую роль начинают играть неуглеводородные, возобновляемые источники, которые 10 лет назад никто не воспринимал всерьез. Сейчас они выходят на вполне конкурентоспособную траекторию. Это самое большое изменение за последнее десятилетие. Однако все прогнозы указывают на то, что в целом спрос на энергию в мире будет расти, в первую очередь в развивающихся странах, на менее платежеспособных рынках, и увеличение будет медленным.

Кроме межтопливной конкуренции развивается и конкуренция между производителями. За последние 15 лет количество экспортеров нефти увеличилось в два раза, число крупных стран — экспортеров газа — в три раза. Спрос хоть немного и увеличивается, желающих в нем участвовать становится слишком много. В итоге снижается маржа — та ресурсная рента, на которую мы привыкли рассчитывать при развитии углеводородов. Ведь нам важна прибыль, а не общие объемы выручки. Если на протяжении предыдущего столетия ключевым был доступ к ресурсам, он гарантировал производителю маржу, то сейчас ее обеспечивает доступ к технологиям, которые увеличивают эффективность. А цифровизация в целом помогает снижению затрат. Не могу сказать, что в нефтегазовом секторе она уже привела к каким-то фантастическим прорывам, но на жестком конкурентом рынке это уже многое значит. Помимо цифровизации есть большой набор технологий, бизнес-практик и методов управления, позволяющих оптимизировать процессы.

Для российского нефтегазового сектора единственный вариант не изоляция, а максимальная кооперация для создания огромного разнообразия партнерств, которые помогли бы развивать новые технологии, модели и способы ведения бизнеса. Просто цена в 100–150 долларов за баррель нам не поможет. Этого мало для успеха в новом конкурентном, высокотехнологичном мире.

strategy_31_full_print-556

Яранд Ристад, генеральный директор Rystad Energy

Краткосрочные прогнозы весьма позитивны: цена на нефть в этом году может еще вырасти. Но в долгосрочной перспективе, начиная с 2025 года, стоимость будет снижаться.

При этом как для рынка, так и для цены на нефть целесообразно продлевать действие соглашения между РФ и ОПЕК. Если страны не будут дальше сдерживать добычу, на рынке возникнет серьезный переизбыток, как в 2015 году.

Инвестиции в сферу в ближайшие годы вырастут, мы ожидаем, что к 2019 году они станут рекордными. Если цена нефти удержится на текущем уровне, в долгосрочной перспективе нефти будет больше, она выйдет на рынок через 5–7 лет.

Каждый доллар, потраченный сегодня, даст в два раза больше баррелей добычи, чем доллар, потраченный в 2014 году, так как новые технологии повышают эффективность. В связи с этим встает актуальный для баланса мирового нефтяного рынка вопрос: каков будет баланс на рынке? Обратимся к США. В 2008 году добыча там падала до 5 млн баррелей. Затем появились новые источники поставок: нетрадиционные залежи для водородов — нефть плотных коллекторов, сланцевая нефть. Россия также может разрабатывать новые ресурсы, предпосылки у нее для этого есть. В последние годы страна делала это успешно.

strategy_31_full_print-557

Алексей Вашкевич, руководитель дирекции геологоразведочных работ и развития ресурсной базы ПАО «Газпром нефть»

Несмотря на то, что сегодня настоящий бум цифровых технологий, большинство стартапов в области цифровизации, в том числе в нефтегазовой отрасли, не выживают после первого года. Поэтому прежде чем серьезно вкладывать в это, каждая компания должна выработать свою стратегию. Но важно помнить, что ни одно цифровое решение не ответит на те вызовы, которые стоят конкретно перед вашей компанией. Комбинации цифровых решений, кастомизация, создание новых платформ — это именно то, во что нужно инвестировать при развитии стратегии.

Также очень значимо вернуться к эффективному взаимодействию науки и производства. За последние 10 лет мы, по сути, монетизировали созданное еще в советской эпохе. За этот период мы стали умными покупателями, но разучились быть умными разработчиками. Связь между фундаментальной наукой и производством потерялась за это двадцатилетие.

В «Газпром нефти» мы идем эволюционным путем, на ухудшение ресурсной базы отвечаем технологическим развитием. Тем не менее мы продолжаем работать в парадигме треугольника: сроки — цена — качество. К сожалению, не можем пока из него вырваться.

Наши краткосрочные планы: запуск до конца лета виртуальной платформы с десятью площадками — лабораториями, которые уже заявили о своей готовности присоединиться к виртуальному облаку. Мы создали российский симулятор по гидродинамическому расчету в баженовских скважинах, содержащий элементы когнитивного обучения. Еще один проект компания запускает с лучшими вузами страны по поиску метода, который позволяет снять неопределенности при геологоразведке, где 90% всех работ так или иначе выполняется вручную. Цифровизация в этой области имеет колоссальный потенциал.

Для себя мы определили, что к 2023 году должны достичь улучшения по всем показателям: на 30% дешевле, быстрее, качественнее.

strategy_31_full_print-558

Павел Сорокин, заместитель министра энергетики РФ 

Последние два года цена на нефть стабилизируется. Заработало бюджетное правило: все, что выше 40 долларов, идет в бюджет. Это позволило урегулировать курс, поскольку цена на нефть — фактор, предоставляющий возможность планировать, инвестировать в компанию, принимать решения.

Кроме того, мы единственные в мире, кто не сокращал инвестиции в отрасль. Инвестиции в нефтегазовую сферу обеспечивают треть вложений в уставный капитал России.

Семь–восемь лет назад мы достигли пика восстановления добычи, и нужен был новый стимул. Он был найден в предоставлении других категорий запасов нескольким регионам, например Восточной Сибири.

Теперь очень важный шаг — переход на учет реального финансового результата в системе налогообложения. Систему еще предстоит доработать, протестировать. По крайней мере, это создаст мотивацию для нефтяных компаний применять новые технологии на ранее нерентабельных запасах.

Если мы хотим сохранить конкурентоспособность на мировой арене, надо понимать, что рента будет падать. То есть источник налогов, которым сейчас выступает нефтегазовая отрасль, уменьшится, но это приведет к дальнейшим инвестициям. Рынок станет неоднородным, волатильным. У нас есть очень хорошая база и инициатива в разработке, которой мы должны помочь.

strategy_31_full_print-559

Крис Дартнелл, президент сегмента «Нефть и газ» Schneider Electric в мире

Мы переживаем интересные времена, когда параллельно решаются различные проблемы. С одной стороны, у нас относительно низкие цены на нефть, которые повышаются, а с другой — меняется энергобаланс между различными первичными источниками энергии по мере того, как становятся актуальными все более экологичные технологии.

Самый важный фактор в этой связи — цифровизация. Теперь можно измерять все: различные параметры эффективности работы любого актива, любой установки очень дешевым и точным способом. Облачные технологии позволяют проводить анализ со скоростью молнии по всему типу активов: мобильность, вычисления. Мы можем оперативно передавать информацию со скважины в центр управления.

Современные нейросети позволяют осуществлять анализ в кратчайшие отрезки времени. Мы измеряем параметры давления, температуры, считываем показание камер. Все это накапливается, и потом на основе опыта мы принимаем оптимизированные управленческие решения. Это означает, что мы можем эксплуатировать наши активы более эффективно и снижать затраты.

Цифровизация применима по всей цепочке создания добавленной стоимости. Использование цифровых технологий может обеспечить глубочайший эффект, повышающий рентабельность нефтегазовой отрасли. Если мы будем совместно применять знания о пластовых средах, режиме эксплуатации и строительстве скважин и обеспечим сопряжение между первым и вторым аспектом, мы сможем добывать больше, эффективнее, безопаснее и экономически целесообразнее.

Автор: Дарья Кичигина

Категория: Статьи

Новости по теме:

Идентичность и прогресс

Наталья Исаева, генеральный директор консалтинговой компании Authentic Investments, которая выступила организатором панельной дискуссии “Культура для образования или образование для культуры” на Гайдаровском форуме 2015, рассказывает, почему национальная идентичность так важна в эпоху прогресса и глобализации.

С места в карьеру

Крупные мировые компании ищут ответы на глобальные вызовы и ведут активную борьбу за кадры. Представители российских компаний поделились своим опытом в этих вопросах с читателями Журнала Стратегия. В качестве зарубежного эксперта выступил главный редактор Via Satellite и Avionics.