Прием ведет рободоктор

strategy_31_full_print-710

По данным Российской академии наук, каждые 36 секунд в мире начинается новая роботическая операция. Достижения технического прогресса дали нам возможность доверять машинам самое ценное — здоровье, а иногда и жизнь. Для системы здравоохранения современного государства роботизация становится необходимым фактором развития.

Сегодняшний рынок медицинских роботов — это высокодоходная и стремительно растущая отрасль. Медицинские роботы имеют все шансы стать одним из наиболее востребованных продуктов коммерческой робототехники.

Согласно отчету базирующейся в Германии International Federation of Robotics (IFR) оценочный объем мирового рынка робототехники по итогам 2016 года составил 13,1 млрд долларов без учета разработок ПО и сервисных работ. Доля медицинских роботов в общем объеме продаж сервисных роботов за указанный период составила 34% (1,6 млрд в долларовом выражении). Динамика ежегодного прироста отрасли оценивается в 15–25%.

В свою очередь, американские аналитики из Transparency Market Research прогнозируют, что этот сегмент рынка робототехники в ближайшие пять лет вырастет до 3,9 млрд долларов, объемы отгрузки медицинских роботов также ждет трехкратный рост.

Область медицинской робототехники условно можно разделить на три общих направления. Первое — роботы для больниц, выполняющие функции диагностики, лечения, ввода медикаментов, а также больничной логистики. Второе — хирургические роботы — многофункциональные ассистенты-манипуляторы при проведении операций. Третье — роботы для реабилитации, послеоперационного или посттравматического ухода.

По оценке IFR, самым высоким рыночным потенциалом обладают первые две категории. Наибольший интерес среди профессионалов и обывателей вызывает перспектива широкого и доступного применения роботизированных комплексов в хирургии. Роботы-хирурги не знают усталости, надежны в точности движений, а применение малоинвазивных эндоскопических методик дает минимальное число осложнений и сокращает восстановительный период.

Робот-ассистированные хирургические операции уже давно не фантастика, а практика. Основная область их применения — урология. В США, стране — лидере в области медицинской роботизации, уже более 80% урогинекологических операций проводится при участии роботов. Многообещающие направления использования роботов-манипуляторов — удаление опухолей, радиохирургия, кардиохирургия, нейрохирургия, ортопедия и трансплантология.

Активное применение медицинской робототехники способствует увеличению числа производителей, взрывному росту венчурных инвестиций, а также разработкам новых типов хирургических систем и манипуляторов, как универсальных, так и специализированных. Факторами развития робототехники в медицине становятся старение населения мира, использование методов ранней диагностики и нехватка медицинских работников. Сдерживающим моментом для роботизации выступает дороговизна автоматических систем, расходных материалов и сервисного обслуживания.

В тренде, но не в лидерах

В ходе своего выступления на форуме «Удивительное в российском здравоохранении» в феврале 2018 года министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова говорила об инновационном векторе развития медицины.

В числе стратегических направлений для отечественного здравоохранения Вероника Скворцова упомянула телемедицину, робототехнику и биомедицину: «Уже сейчас мы имеем огромную копилку уникальных методов, подходов, идей. Они касаются не только фармацевтических и медицинских технологий, но и организационных и других аспектов».

По словам министра здравоохранения, выдающимся успехом стало создание российскими разработчиками собственного прототипа робота-хирурга, по ряду ключевых параметров превосходящего американского Da Vinci. О своей разработке специалисты Института конструкторско-технологической информатики РАН (ИКТИ РАН) впервые объявили в середине 2017 года. Работа продолжалась около четырех лет. Российский робот обладает цифровой системой управления и функцией удаленного проведения операций.

Кроме того, отечественная разработка превосходит американский аналог по некоторым конструктивным и функциональным параметрам, в частности по точности — 5 микрон против 500, по возможности настройки под тип операций. Ранее Россия закупила 28 американских медицинских роботов Da Vinci. Однако сугубо коммерческая суть проекта Da Vinci быстро выявила слабость перспектив его широкого применения в бюджетном сегменте. Основной фактор — цена. Стоимость комплекса составляет от 2 до 3 млн долларов. Услуги годового сервисного обслуживания одного комплекса обходятся в 100−170 тысяч долларов плюс стоимость оригинальных одноразовых инструментов и расходных материалов (принцип бритвы и лезвий). Финляндия и Китай ранее отказались от закупок робота именно по причине дороговизны обслуживания.

Стоимость разработки ИКТИ РАН составит около 600 тысяч рублей, что примерно в пять раз дешевле импортной установки. Тем не менее в российской хирургии продолжается использование Da Vinci, причем спектр областей его применения теперь включает нейрохирургию и онкологию. Американский комплекс в настоящий момент, по-видимому, не имеет альтернативы. Что же до российского аналога, то дальше заявления о его готовности к серийному производству процесс пока не сдвинулся.

strategy_31_full_print-711

А ведь нашей науке есть что показать. Сформировавшийся за последние пару лет портфель российских разработчиков медицинских робосистем включает несколько очень перспективных проектов. Например, робокомплекс малоинвазивной хирургии «Ломоносов», умеющий проводить операции на остистых отростках позвонков. «Ломоносов» стал плодом совместных усилий специалистов трех отечественных вузов: СамГМУ, МГМСУ и МГТУ «Станкин».

В сегменте роботов для больниц стоит упомянуть робота-медсестру «Ангел» от НПО «Сплав». Проект реализуется совместно с МГУ им. Ломоносова и Минобрнауки. Этот робокомплекс проводит мониторинг и диагностику, делает инъекции, но главное его достоинство — экспертная поддержка при назначении лечения и ведении больных в экстренных неотложных ситуациях. В этом же контексте можно выделить казанскую компанию «Эйдос-Медицина», одного из резидентов кластера биомедицинских технологий «Сколково». Компания занимается разработкой и серийным производством медицинских тренажеров-симуляторов на базе российских материалов и технологий. В 2015 году «Эйдос-Медицина» поставила партию из 15 роботов в медуниверситет Японии Джунтендо. Озвученная сумма контракта составила 1,5 млн долларов.

На японский рынок была сделана ставка также при создании в 2017 году совместного российско-корейского предприятия для продвижения реабилитационных экзоскелетов производства сколковской компании «ЭкзоАтлет». Партнером проекта выступает южнокорейская Cosmo & Group.

Успех отдельно взятых производителей показателен. С другой стороны, это единичные примеры, и для выхода на внешний рынок российским производителям робототехники предстоит еще очень много сделать.

С учетом зачаточного состояния российской отрасли робототехники актуален вопрос о мерах поддержки и проектной работе, которая помогла бы консолидировать разрозненные группы разработчиков и производителей. Таких проектов пока нет, есть только попытки их запуска. В 2016 году между Российско-китайским инвестиционным фондом и «Сколково» было подписано соглашение о создании на базе технопарка российского центра медицинских роботов и их дальнейшем производстве в Китае.

Объем совместных инвестиций РКИФ и фонда «Сколково» оценивался в 10 млн долларов, однако информации о реализации и успехах проекта за прошедший период не поступало.

Надеяться, что такой сложный и специфический рынок сформируется сам собой, было бы ошибочно. Регулированию, в особенности в инновационной сфере, сложно догнать рынок, однако создать благоприятную среду для развития и внедрения робототехники в сфере здравоохранения (и в других сферах) ему по силам. Все упирается не столько в вопросы финансирования, сколько в создание общей концепции. К этому уже пришли ведущие игроки на рынке — США, Южная Корея, Япония и стремительно догоняющий всех Китай. Россия пока в начале пути, и момент для рывка отнюдь не упущен.

Время для движения вперед

Административная работа по созданию благоприятных условий для роста рынка медицинской робототехники сдвинулась с места. 1 марта 2018 года в ходе традиционного послания Федеральному Собранию президент России Владимир Путин подчеркнул необходимость формирования нормативной базы в сфере робототехники, искусственного интеллекта, блокчейна и беспилотного транспорта. При этом глава государства отметил значимость двукратного увеличения финансирования здравоохранения. «Расходы на развитие медицины ежегодно потребуют 4% ВВП, но надо стремиться к 5%», — добавил Владимир Путин.

На состоявшемся двумя неделями спустя заседании Президиума РАН полученный сверху сигнал задал тему дискуссии о текущем состоянии и перспективах развития роботизированной медицины в России. Было принято, возможно, этапное решение о создании в Академии специальной рабочей группы по развитию этого направления.

Важными проводниками государственной политики в этой области могут и должны стать институты развития, прежде всего РВК и «Сколково». Достаточно силен и научно-образовательный потенциал. Только в Москве подготовку по специальности «мехатроника и робототехника» ведут восемь вузов, среди которых лидирующие позиции занимают МГТУ им. Н. Э. Баумана, РТУ МИРЭА и МГТУ «Станкин». По стране таких вузов более пятидесяти. В свою очередь, система обучения основам робототехники в формате центров молодежного инновационного творчества уже сейчас формирует базу компетенций будущих специалистов.

Есть основания полагать, что планы увеличения госрасходов на медицину открывают большие возможности для разработчиков роботизированного медицинского оборудования. Согласно утвержденной в 2008 году Концепции развития здравоохранения РФ на период до 2020 года, объем рынка здравоохранения в России увеличится до 200 млрд рублей, а доля отечественных производителей должна вырасти с 19 до 40%. Десять лет назад авторы-составители Концепции едва ли принимали в расчет предстоящий бум развития медицинских роботов. Столько же лет ушло и на принятие упомянутого в документе ожидаемого закона о телемедицине. До 1 января 2018 года телемедицина легально работала только в формате «врач — врач», а прочие сервисы существовали в серой зоне и фактически без гарантий качества. Сегодня, выйдя из правового вакуума, операторы телемедицинских услуг последовательно формируют рынок в этой сфере.

Хочется надеяться, что при разработке аналогичной концепции на следующий плановый период будут учтены потребности перехода к роботизации государственной медицины, что создаст импульс к развитию частной инициативы в рамках существующей и перспективной инфраструктуры инноваций.

strategy_31_full_print-712

Автор: Дмитрий Прибыщук

Категория: Статьи

Новости по теме:

Добро с деньгами

Журнал Стратегия традиционно выступил информационным партнером Премии в сфере социального предпринимательства «Импульс добра», которую вручили в мае. Премия проводится в пятый раз, и в 2016 году поступило 305 заявок из 57 регионов страны. Отобрано 9 лауреатов в 7 номинациях. Мы расскажем о некоторых из них.

Восточный фронт: ждать перемен?

Мировая экономическая система переживает период стремительных изменений. Российский бизнес активно работает над укреплением своих позиций путем формирования новых деловых альянсов и реализации прорывных проектов. Редакция Журнала Стратегия предложила спикерам Международного бизнес-форума «Россия-Азия» поделиться своим видением ситуации.