Уйти в «цифру»

1

Летом 2017 года премьер-министр РФ утвердил программу «Цифровая экономика». Среди ее основных целей — внедрение цифровых технологий во все сферы жизни. Как повлияет на экономику перевод в «цифру», какие технологии будут применяться завтра и как цифровизация уже изменила, в частности, сферу телевещания, поделился с Журналом Стратегия Олег Колесников, генеральный директор инженерно-консалтинговой компании KC Group.

Цифровизация изменила сферу телевещания. Какие технологии, на ваш взгляд, будут применяться на ТВ завтра? 

Становление информационной области началось довольно давно, и, чтобы двигаться вперед, нужно опираться на историю и уже выполненную работу. Задел на внедрение цифровых методов в телевидении в России (СССР) и, как следствие, переход на цифровую экономику начался еще в далеком 1972 году. Марк Иосифович Кривошеев, в то время и. о. председателя 11-й Исследовательской комиссии Международного союза электросвязи (МСЭ), заложил основы цифрового телерадиовещания в виде рекомендаций по стандартизации передачи цифровых сигналов в частотных полосах для аналогового ТВ. Директива была одобрена и уже тогда прогнозировала внедрение цифровых методов в телевидении. Надо отметить, что выдающийся советский ученый был пионером цифровизации и предвидел многое из того, чем мы сейчас пользуемся в быту, как, например, цифровые методы компрессии в телевидении и цифровые методы его распространения.

В 1998 году в России впервые среди восточноевропейских стран было введено цифровое спутниковое телевещание: на «НТВ-Плюс» во главе с техническим директором Константином Кочуашвили. Цифровое вещание началось в стандарте DVB-S, который приняли в стране спустя несколько лет. Затем, уже с моим участием, было запущено и вещание в формате HD, а позднее, после ряда экспериментов, и в технологии телевидения сверхвысокой четкости UHD.

Принятие и развитие стандартов цифрового спутникового вещания привело к взрывному росту количества и качества телевизионных каналов, если раньше в одном спутниковом транспондере был один телевизионный канал, то теперь их может быть более тридцати. Это и есть пример влияния цифровых методов на телевидение в России. Телевидение будущего — это глобальная медиасистема, охватывающая все виды сбора, хранения и распространения медиаконтента, включающая и широковещательные технологии, и технологии индивидуального вещания. То, что мы сегодня разделяем на наземное, спутниковое, кабельное и интернет-вещание, скорее всего, сохранит формальное разделение по способу передачи, но сам по себе контент станет универсальным, будет подстраиваться под физическое разрешение устройства воспроизведения непосредственно на нем самом. Уже сейчас алгоритмы компрессии позволяют в десятки и сотни раз сжимать потоки видеоданных, но с развитием вычислительных мощностей воспроизводящих устройств можно будет говорить о переходе на векторную модель сжатия, которая сделает хранение и передачу изображения независимыми от разрешения, что позволит одинаково хорошо воспроизводить контент как на мобильных устройствах низкого разрешения, так и на гигантских экранах разрешения 4К, 8К и более. Все современное телевидение на 90% будет завязано на IT. Если еще десять лет назад была обратная ситуация, когда 90% составляло чистое телевидение и 10% — IT, то сегодня все наоборот.

Бурно развивается и внедрение «облачных» технологий в вещании. Глобальная вычислительная инфраструктура позволяет проводить практически все операции с медиаконтентом в «облаке», кроме начальной съемки, но и в этом направлении уже есть значительные успехи. Ведущие крупнейшие медиахолдинги мира (Discovery, FOX, CNN) уже реализуют эту программу, существенно сокращая свои затраты на производственную инфраструктуру и эксплуатационные расходы. Тем не менее традиционное телевидение, каким мы привыкли его видеть, не умрет, оно будет занимать свою нишу. Несколько лет назад бытовала гипотеза, что мы все перейдем к интерактивному ТВ, будем смотреть только тот «телевизор», который нам нравится. Это и сбылось, и нет. Сегодня молодых людей, которые используют нетрадиционные средства доставки информации, к примеру приложения в телефонах, большинство. Дети 2000-х годов уже не смотрят телевидение в привычном виде. Это показатель нашей эпохи, когда дистанция от источника информации или события до непосредственного потребителя стремительно сокращается. Информация из популярнейшего в США твиттера — твиттера президента — попадает к адресату за считанные секунды, минуя все пресс-службы и редакции. Это и есть новые способы взаимодействия, распространения данных. Кроме того, для медийных холдингов доля выручки от прямой рекламы должна снижаться. В том числе и за счет новых цифровых сервисов.

Оглядываясь на тот задел, который был сделан в России в цифровых технологиях вещания, можно сказать, что практически все революционные решения были впервые внедрены в российских компаниях российскими специалистами. Сохранить этот темп и технологическое лидерство — первоочередная задача и бизнеса, и государства.

Как вы оцениваете программу «Цифровая экономика», принятую летом этого года? 

Считаю программу хорошей инициативой, написанной людьми с опытом работы в информационном секторе, которые в этой сфере в прикладном плане многое понимают. Но все эти долгосрочные концепции хороши как основополагающие документы, говорящие о задаче в общем, подкрепляются ли они конкретными шагами в отношении высокотехнологичного бизнеса — другой вопрос.

Изменения в высокотехнологичных сферах происходят гораздо быстрее, чем на это реагируют органы власти. К примеру, в программе указано, что к 2024 году во всех крупных городах будет внедрена связь 5G и выше. Понятно, что директивно можно указать, в каком направлении технологии должны развиваться, но одновременно нужно понимать, что запрос на эти услуги должен быть сформирован от индустрии, а ей — от потребителя. Будет ли этот запрос — покажет время. Технологии и бизнес всегда опережают реакцию контролирующих, управляющих органов. Регулирование не успевает за технологиями, и это нормально, так как технологий сейчас очень много, а скорость их развития высока. Важно определиться с ролью государства в этом процессе. На мой взгляд, здесь власть должна не мешать и взаимодействовать с бизнесом через самоорганизацию самого бизнеса. К примеру, есть МКС (Медиакоммуникационный союз), НАТ (Национальная ассоциация телерадиовещателей), в которых представлены все ведущие игроки медиасообщества. Выработка нормативных документов должна вестись в сотрудничестве и диалоге с подобными объединениями, учитывая, безусловно, интересы самого государства. 

Программа «Цифровая экономика», в целом, верная, однако и она не может охватить все отрасли. Основой нашей новой экономики должны быть доверительные отношения государства и бизнеса. Нужно принимать технологические тенденции, которые были адаптированы бизнесом, согласовывать правила игры и придерживаться их с обеих сторон. Понятно, что львиная доля всей эффективности внедрения цифровых методов будет обусловлена желанием или нежеланием регулирующих органов их поддержать. Поэтому, как в любом бизнесе, нужны четкие правила игры. И бизнесу это будет выгодно, ведь вся цифровая экономика — это, по сути, одна большая сфера услуг с большим потенциалом развития.

Как уже существующие технологии вписываются в концепцию «Цифровой экономики»?

Проникновения наземных цифровых сетей, в связи с огромными размерами нашей страны, недостаточно. Думаю, со стартом программы «Цифровая экономика» можно будет говорить если не о перезапуске, то о значительном усилении роли спутниковых средств в распространении информации. Привычную роль агента по доставке информационных потоков играет крупнейший российский оператор спутниковой связи — ФГУП «Космическая связь», которая празднует в этом году полувековой юбилей. Однако и здесь осознают требования времени и предлагают не только традиционную «трубу» для передачи информации от клиента клиенту, но и развивают дополнительные сервисы с полным спектром услуг.

Распространение той же технологии блокчейн в доверенные центры возможно из любой точки нашей страны, это может начать новую эпоху в применении спутниковых средств распространения информации для синхронизации распределенных баз хранения данных. Плюс ко всему сейчас развиваются другие способы передачи связи, такие как Ка-диапазон, когда есть обратный канал и решается проблема Интернета почти во всех мало-мальски населенных пунктах нашей страны. Кроме того, цифровые технологии распространения каналов непосредственного спутникового вещания («Триколор», «НТВ-Плюс» и другие) позволяют создать системы глобального оповещения о чрезвычайных ситуациях. Уже разработано следующее поколение стандарта LTE (5G), отдельно описывающее распространение телевизионного вещания на мобильные устройства. Недалек тот день, когда вещание во всех городах будет осуществляться через сети 5G на устройства, среди которых не только телефоны, но и билборды, видеостены, рекламные конструкции. Мы живем в эре цифровой экономики как минимум 20 лет, на фоне весьма развитых стран Россия в авангарде. Простой пример: качество госуслуг по Москве и области выше, чем во многих городах Европы. Получение какого-либо документа у нас сегодня осуществляется в одном месте. Все наши паспортные данные, посещения, обращения в центры государственных услуг хранятся в одной базе данных, которой мы должны доверять. В Лондоне оплата парковки с помощью телефона — огромная проблема. У нас это решено, и очень эффективно. В этом большая заслуга именно цифровых методов ведения государственных услуг.

Как цифровые технологии изменили состав традиционных профессий на телевидении и требования к ним? 

Кадры, как и телевидение, смещаются в сторону IT. Если речь не о творческих профессиях. ТВ нуждается в профессиональных телевизионщиках, освоивших информационные технологии. Телевизионщика легче научить программированию, тогда как IT-специалистам чужда телевизионная дисциплина. К примеру, если по какой-то причине IP-пакет не дошел до адресата, его можно запросить заново, так устроен IP-протокол. Другая ситуация на ТВ: если программа не вышла в эфир, не запустилась трансляция, ее уже не будет во второй раз. Принцип прямой трансляции в основе телевизионной технологии, он делает сотрудников на всех ступенях ответственными за результат

Воспитывать нужно IT-специалистов. В связке с программой «Цифровая экономика» в профильных вузах необходимо учить IT с прицелом на телевизионные технологии. В России сильные IT-специалисты, но почти все они универсальны для сетей связи, а не для телевизионного производства со своей спецификой, профильные направления крайне важны. Кроме того, в обучении важно внедрять промышленные методы программирования. У нас мало талантливых менеджеров, которые могли бы вести IT-команды. Сегодня, к сожалению, услугами многих региональных программистских компаний, в силу развития глобальной экономики, в большей степени пользуются иностранные компании. Нет промышленного подхода к подготовке этих кадров. При этом отрасль развивается очень бурно, и предугадать, сколько нам нужно будет специалистов через пять лет, сложно. Эту задачу — консолидацию требований от индустрии — могла бы успешно решить программа «Цифровая экономика».

Автор: Алина Куликовская

Категория: Интервью

Новости по теме:

Контроль над невидимым

Подошли ли мы к тому моменту, когда искусственный интеллект нуждается в регулировании, угрожает ли нам его развитие и опыт каких стран можно считать показательным в этой сфере? Своим независимым взглядом на эти вопросы с Журналом Стратегия поделился Алексей Лукацкий, бизнес-консультант компании Cisco, специалист в области информационной безопасности.

IoT в России: можно верить?

Облегчит ли нам жизнь Интернет, чего ждать через 10 лет и какие яркие российские проекты Internet of Things уже работают, рассказал в интервью Журналу Стратегия руководитель направления «Электроника. «Интернет вещей». Кластер информационных технологий» «Сколково» Александр Ануфриенко.