На пороге «Индустрии 4.0»

щшг0ш

В преддверии четвертой промышленной революции не утихают споры о значимости робототехники. Эксперты индустрии уверены, что от уровня высокотехнологичности предприятий зависит место страны на экономической арене, скептики опасаются, что роботы вытеснят традиционные профессии и спровоцируют масштабную безработицу. Стоит ли боятся роботизации, какие она открывает преимущества для экономики страны, на каком месте сегодня Россия в этой сфере и что нам мешает активно внедрять робототехнику, рассказала Алиса Конюховская, вице-президент Национальной ассоциации участников рынка робототехники.

Как вы оцениваете уровень роботизации и автоматизации в России? На каком месте находится страна по эксплуатации и производству промышленных роботов?

Робототехника – достаточно широкое направление. Если говорить о сервисных роботах, беспилотном транспорте, логистике, медицинских роботах, то мы не сильно отстаем, так как глобальные рынки только формируются, игроки, в том числе в России, только находят свои места, развивают продукты.

В то же время промышленная робототехника в России развита слабо, у нас нет собственного масштабного производства, есть лишь несколько небольших компаний, объем производства которых измеряется в штуках. Процент использования робототехники в стране также довольно низкий: около 2–3 роботов приходилось на 10 000 рабочих в 2016 году, в то время, когда средний показатель по миру к концу 2015 года составлял 69 роботов на 10 000 сотрудников.

Сегодня основной заказчик промышленных роботов как в России, так и мире – это автомобилестроение. Если мы возьмем мировую статистику за 2010–2015 годы, то около 40% всех роботов было установлено для автопрома, около 22% – для нужд электрики и электроники. В целом по миру автопром – двигатель развития робототехники.

Самые роботизированные страны – Южная Корея, Япония, США, Германия. Плотность роботизации в Южной Корее сегодня максимальная в мире – более 500 роботов на 10 000 работников.

Зарубежные компании, разрабатывающие и продающие роботов на протяжении десятилетий, накопили большой опыт, широкий круг контактов поставщиков компонентов и интеграторов. У нас же производство роботов не может быть пока экономически эффективным из-за малых объемов рынка, а выходить сразу на глобальный – очень сложно, тем более, когда нет готового продукта, сети дилеров и интеграторов, сервисных центров. Разработка роботов сегодня в России есть, но вот смогут ли они работать на протяжении нескольких лет без остановки – большой вопрос. В промышленной робототехнике важны гарантии качества и надежность работы, а сервисная служба должна устранять неполадки в максимально короткий срок, так как выход из строя робота, остановка производственной линии может стоить предприятию миллионы.

С другой стороны, российским компаниям чтобы быть успешными, нужно обязательно смотреть на зарубежные рынки. Отечественные компании только выигрывают от изменений курса рубля, так как это предоставляет возможность выхода на экспорт, к примеру, в Китай, где продажи промышленных роботов составили в 2016 году 87 000 роботов, а темп роста – более 20% в год.

Нам необходимо развивать компании‑интеграторы. Производство роботов и их интеграция в производственные процессы – два разных бизнеса. Установка роботов в производственный цикл – очень сложная работа, ведь каждый технологический процесс уникален, и именно компании‑интеграторы делают решения под конкретные задачи. К тому же цена самого промышленного робота – это только треть от всей стоимости, остальное – это программное обеспечение, оснастка и другое сопряженное оборудование, инженерные услуги. Поэтому так значимо развитие российских компаний‑интеграторов, которые выступают проводником этих технологий в реальную жизнь.

Сейчас в стране порядка 60–70 компаний позиционируют себя интеграторами промышленных роботов в производство, «живых» из них всего 30–40 организаций, зачастую это малый и средний бизнес, осуществляющий около 10 робототехнических проектов в год. Соответственно, взаимодействие между крупным бизнесом и компаниями-интеграторами – это диалог неравноправных агентов, при котором появляются лишние издержки. Нам нужно причислять компании-интеграторы к высокотехнологичному бизнесу, предоставлять им налоговые льготы, поддерживать. Сегодня их даже не рассматривают как значимый компонент рынка, они работают на небольших проектах, а для роботизации и монетизации большого участка приглашаются зарубежные интеграторы, так, к примеру, происходит сегодня в автомобилестроении.

Есть ли у России шансы догнать передовые в сфере робототехники страны, когда это сможет произойти?

Для начала необходимо определить, какие задачи для нас первостепенные: производство или использование роботов. Есть разные уровни, где мы можем «догонять». При это важно понимать, что ценны не сами промышленные роботы, а их роль в повышении эффективности производства, снижении издержек, улучшении качества продукции, в возможности изготавливать больше товаров за меньшее количество ресурсов: людских, финансовых, временных.

Мы должны концентрироваться на развитии производственной культуры, на повышении конкурентоспособности нашей продукции. Пока, к сожалению, работать с кадрами нам легче, удобнее, привычнее и дешевле. Внедрение и использование передовых производственных технологий сложно, требуется перестраивать производственный процесс, в котором зачастую довольно низкие заготовочные материалы и невысокая квалификация сотрудников.

Каковы основные барьеры для успешного развития роботизации?

К сожалению, в России в сфере робототехники нет продуманной государственной политики, стратегии развития отрасли. Нет представления о том, насколько важна робототехника, как можно ее продвигать. В Южной Корее закон о робототехнике был создан в 2008 году, он направлен на продвижение и развитие отрасли. А мы в осознании простого факта необходимости поддержки и развития отрасли отрастаем на 10 лет.

В целом, в государственной политике сейчас больше ориентация на инновации и импортозамещение. В промышленной робототехнике ситуация такова, что нам нечем импортозамещать, а сама производственная культура не готова к внедрению и использования роботов.

К тому же сейчас большинство государственных программ (к примеру, программы Фонда развития промышленности) в основном рассчитаны на довольно дорогие проекты – больше 50 млн рублей. Проекты по роботизации существенно меньше – порядка 10–15 млн рублей. И зачастую на такие проекты нет необходимых мер поддержки, нет дешевых денег, доступных кредитов, программ лизинга, которые помогали бы приобретать предприятиям роботов.

Также в числе барьеров слабая осведомленность менеджмента. Даже при дефиците рабочих кадров, в особенности в регионах, менеджмент технологических предприятий не готов менять привычные производственные процессы, где кадрам отведена большая роль. Руководство не осознает, как роботы могут помочь в решении технологических задач. Кажется, что робототехника далекая и сложная, но это не так. По стоимости стандартный робот может быть эквивалентен, к примеру, станку ЧПУ.

Заинтересованность промышленников этой сферой также считаю недостаточной. К примеру, в начале сентября прошел Международный железнодорожный салон техники и технологий ЭКСПО 1520, где был круглый стол по робототехнике с представителями робототехнических компаний, вендоров, интеграторов, стартапов. Представителей машиностроительных, вагоностроительных компаний на мероприятии было довольно мало. У нас нет вовлеченности и понимания того, насколько робототехника полезна и выгодна. Кроме того, у нас практически нет мероприятий, на которых бы масштабно обсуждались вопросы и задачи развития робототехники. Конференция Skolkovo Robotics – самая большая в России, но она значительно уступает робототехническим событиями, которые проходят в Азии (World Robot Conference в Пекине, Robot World в Сеуле, iREX в Токио).

В роботизированных и промышленно развитых странах ситуация в корне другая. К примеру, в Китае на роботехнических конференциях залы всегда наполнены людьми. К тому же в Китае очень продуманная государственная политика в сфере робототехники, есть программы поддержки, стратегия, планы развития. В 2017 году был принят план развития искусственного интеллекта. В азиатских странах большая вовлеченность как правительственных кругов, так и бизнеса.

На ваш взгляд, угрожают ли роботы рынку труда, вымиранию каких-либо профессий?

Это дискуссионный вопрос, требующий тщательно изучения, на эту тему уже было проведено много исследований. Я считаю, что рынок труда трансформируется: любая новая технология приводит к тому, что одни профессии уходят, другие приходят. Наша задача – наращивать компетенции и создавать кадры, готовые работать с высокотехнологичным оборудованием, в то же время смягчать негативные эффекты, связанные с внедрением и использованием роботов. Конечно, какие-то операции перетекут к автоматическим системам, искусственному интеллекту, но при этом откроются перспективы для появления новых специальностей.

Робототехника помогает делать производство более эффективным и конкурентоспособным, продавать больше продукта за меньшее количество денежных средств. Увеличение числа используемых роботов связано развитием какой-либо отрасли (например, автопром или производство электроники), с модернизацией или расширением производства, где роботы используются для сокращения издержек и повышения конкурентоспособности предприятия. Развитие робототехники, эффективное и конкурентоспособное производство приводит к увеличению числа людей, занятых в этой отрасли. К примеру, в США в период бума робототехники, когда было установлено 80 000 роботов, параллельно было создано 230 000 рабочих мест, уровень занятости в 2015 году вырос на 27% по сравнению с 2011-м. Похожие ситуации в Германии, Китае – промышленных лидерах.

У робототехники есть особенность – она создалась в общественном сознании писателями фантастами в XX веке, раньше, чем созрели сами технологии. Дискуссия о трансформации рынка труда важна, но полна информационного шума и провокаций СМИ на тему «уничтожении рабочих мест». Посмотрите, сколько вокруг платежных терминалов, банкоматов и автоматов? Еще недавно их функции выполняли люди. Теперь люди создают и обслуживают эти машины. Трансформация происходит медленно и незаметно, создавая новые возможности, а людям необходимо повышать свои адаптивные способности, учиться быть гибкими и перестраиваться, чтобы пользоваться этими возможностями.

 

 

Автор: Алина Куликовская

Категория: Интервью

Новости по теме:

Вызов завтрашнего дня

Партнер Платформы ГД ООН «Прорывные инновации для ЦУР» — лондонское агентство Volans — помогает лидерам рынка в поиске новых возможностей и бизнес-решений, внедряя в их стратегии прорывные способы мышления. Соучредитель и председатель агентства Джон Элкингтон, предприниматель, писатель, мыслитель, один из пионеров движения за устойчивость, обсудил с Журналом Стратегия партнерство с Глобальным договором.