журнал стратегия

#журнал стратегия

Налоги цифрового мира: революция Михаила Мишустина

На Гайдаровском форуме свой доклад должен был представить глава ФНС, а ныне премьер-министр Михаил Мишустин. Но в тот день он был в Госдуме на утверждении и поэтому попросил выступить своего заместителя (а теперь зампреда правительства) Алексея Оверчука. Представляем выдержки из его презентации «Налоги в цифровом мире».

Новый скачок

— Мир, в котором мы живем, быстро меняется, нужно быть готовыми ко всему. Последние 20 лет мы видим, как поменялся ландшафт бизнеса. Раньше это были компании, которые относились к реальному сектору экономики. Сегодня мы говорим о новых звездах цифрового бизнеса. В начале века их мало кто знал. И развитие идет таким образом, что буквально через 5–10 лет этот список опять поменяется, и мы наверняка не знаем, кто возглавит «топ-чарт». Но для налоговиков очень важно знать своих налогоплательщиков.

Компании (крупные в большей степени, средние и малые в меньшей) уже применяют cloud-технологии, CRM и т. д. Более 20% предприятий используют большие данные (big data) для анализа, около 30% — облачные технологии. Это цифры по странам ОЭСР.
90% населения РФ пользуется интернетом, 70% использует онлайн-банкинг. Самые разные слои общества уже на ты с цифровыми сервисами. Изменения накапливаются последние 10–20 лет, и они привели общество к состоянию следующего цивилизационного скачка.

 

Невидимые отношения

Два десятилетия назад топ-менеджмент крупнейших компаний, даже владея глубокими технологическими знаниями, не мог оценить, что их товары и услуги просто исчезнут с рынка. И все это очень важно с точки зрения ФНС, потому что мы тоже должны обладать знаниями о наших «клиентах». Нужно понимать производственные процессы, бизнес-модели, логику принятия решений. Все это делает налоговика успешным в своей сфере.

Данные называют золотом и нефтью XXI века, но это сравнение не совсем корректное, потому что углеводороды считаются конечным ресурсом, а рост их предложения на рынке приводит к падению цен. Данные же — это ресурс, который постоянно накапливается. И чем их больше, тем они ценнее. Это отличает цифровую экономику от других ее типов.

Виртуализация товарно-денежных отношений достаточно деструктивно воздействует на столпы экономики. Традиционные трудовые отношения уходят в прошлое. Цифровые платформы позволяют выстраивать прямые отношения, которые невидимы для государства, и это угроза сложившейся системе социального страхования.

Аналогичная картина с налогами на труд, на доходы граждан. И решить эти проблемы, сделать это все опять видимым для государства можно только на основе платформенных решений. Пример — система для самозанятых.

Виртуализация всего

Отношения собственности тоже перестают играть привычную роль, потому что возникает экономика совместного пользования, и с этой точки зрения мы все хорошо знаем, что вместо того, чтобы покупать автомобиль и мучиться со всеми затратами на его содержание, лучше взять машину в каршеринге.

То есть происходит спрямление цепочек между тем, кто предоставляет услугу, и тем, кто ей пользуется. И одновременно происходит виртуализация, потому что речь уже идет не о покупке автомобиля, а об услуге.

С точки зрения налогообложения это ключевая проблема, потому что здесь мы говорим уже о нематериальных активах, об интеллектуальной собственности, а это всегда было главной проблемой, которая существовала между налогоплательщиками и налоговыми органами.

Часто мы видим, как транснациональные компании, создавая известные бренды, потом раскидывают стоимость продукта на свои филиалы за рубежом. Как они их оценили, на основе чего? В результате из страны выводится прибыль, и всем это очевидно. И последние 25 лет это было причиной серьезных конфликтов во всем мире. Эти проблемы будут усиливаться.

Но следует учитывать, что эта проблема характерна не только для цифровых гигантов, но и для традиционного бизнеса. Потому что он тоже цифровизируется. На наших глазах за последние годы те предприятия, которые выпускали что-то материальное, осознали, что им тоже нужно перестраиваться и выдвигать на рынок новые сервисы. Они тоже становятся цифровыми компаниями и начинают работать с нематериальными активами.

 

Неуловимый налог

Современному бизнесу необязательно иметь физическое присутствие в стране рынка, а это нарушение концептуального понятия международного налогообложения, а именно концепции постоянного представительства. Это основной постулат, на котором строится вся система международных договоров во избежание двойного налогообложения.

Раньше для продажи материальных товаров, услуг на международном рынке в ту или иную страну направлялись представители, создавались филиалы и было понятно, на какие налоги имеет право та или иная юрисдикция. Но сегодня баланс нарушается.

Добавьте сюда еще невидимые регулятору финансовые потоки, криптовалюты — и можно понять, с какой масштабной проблемой сегодня сталкиваются налоговики. Причем это актуально для всего налогового мира. Проблемы настолько назрели, что планета стоит на пороге реформы международной системы налогообложения.

То есть фактически эта ситуация создала две большие проблемы — как собрать НДС с цифровой компании и как собрать налог на прибыль.

Сети для НДС

Если говорить об НДС, то эту проблему удалось решить благодаря тому, что был принят план по противодействию размыванию налогооблагаемой базы — план BEPS.

Он был одобрен «двадцаткой». Быстро были разработаны международные рекомендации. Мировое сообщество согласилось с таким путем решения. И сегодня более ста стран внедрили у себя это решение и совершенно спокойно собирают НДС с компаний, которые предоставляют цифровые услуги на другой территории.

ФНС создала современное решение — «НДС-офис интернет-компании» для тех, кто предоставляет электронные услуги. Там зарегистрировалось более двух тысяч фирм. Система действует около двух лет, в бюджет РФ собрано порядка 3 млрд долларов. То есть маленькая страничка в интернете с копеечными затратами генерирует колоссальные доходы для нашей страны.

 

Digital service tax

Тут есть определенная ирония, потому что в 2013–2014 годах мировому сообществу наконец удалось договориться по плану BEPS, но мир тут же сделал очередной виток своего развития и ушел в виртуальный мир.

Фактически мы говорим сегодня о виртуальной офшоризации, и это ставит на повестку дня абсолютно новый вопрос: как нам облагать налогом на прибыль доходы международной компании, осуществляющей продажи на территории страны, если у нее нет связи с нашей юрисдикцией, а полномочия налогового органа ограничены естественными национальными границами? Это основная проблема.

Есть односторонние решения. Разные страны в том или ином виде начинают внедрять у себя digital service tax (налог на цифровые услуги). Но такие односторонние решения создают еще большую неопределенность, и благодаря тому, что они вводят у себя новый налог, они тем самым создают угрозу для двойного налогообложения. И это очень плохо для бизнеса. Это дестабилизирует рынки, снижает уровень прогнозируемости, это никому не удобно.

Но важно, что в последние годы мировому сообществу удалось достичь консенсуса. В мире есть понимание того, что налогообложение должно осуществляться по месту создания стоимости. Это, казалось бы, очевидное решение, но тут возник вопрос: а как создается стоимость?

Шли длительные дискуссии на площадке ОЭСР, и пришли к тому, что юрисдикция рынка также влияет на стоимость. А это значит, юрисдикция, где существует рынок, имеет право на прибыль, которая создается на территории этой страны.

Три типа прибыли

Осенью 2019 года секретариат ОЭСР предложил так называемый объединенный подход. Это не окончательное решение, а попытка решить, как распределить эту прибыль между различными странами, на рынках которых она создается. Предлагается разделить прибыль на три типа — A, B и C.

Сумма A будет высчитываться по формуле, определяющей размер остаточной прибыли или ее части, которая причитается определенному рынку. Условно говоря, если совокупный уровень рентабельности международной группы компаний составляет 12%, в том числе на ее домашнем рынке — 10%, то возникает 2% остаточной рентабельности. И вот эти 2% будут делиться между странами пропорционально тому, как идет реализация на этих рынках.

Сумма B будет представлять собой некоторое фиксированное вознаграждение, которое будет устанавливаться за определенные услуги, связанные с внутригрупповым маркетингом или продвижением брендов. И оно будет осуществляться на основе классических правил трансфертного ценообразования.

И наконец, все понимают, что может возникнуть третья ситуация. Налоговый орган может сказать: подождите, у нас есть такие ситуации, которые A и B не покрывают. И будет претендовать на какой-то еще вид стоимости, который создается только в этой юрисдикции. И тогда возможно, что мы станем свидетелями появления абсолютно новой системы международного арбитража в налоговой сфере. Это тоже серьезная новация.

 

Атмосфера доверия

ФНС России ждала этих перемен и к ним готовилась. И в мире признается ведущая роль России в трансформации налоговых органов.

Налоговая администрация должна превратиться в цифровую платформу. В этой парадигме все операции в экономике, взаимодействия между людьми, компаниями, государством будут находить свое отражение в сети прозрачных налогоплательщиков.

Конечно, для этого потребуется атмосфера доверия, чтобы все были готовы делиться своими персональными данными в обмен на полную прозрачность и удобство. Это позволит минимизировать бремя для добросовестных налогоплательщиков.

157 млн налогоплательщиков зарегистрировано в ФНС РФ, 3,5 млн юрлиц, 4 млн ИП. Миллиарды счетов-фактур проходят через нашу систему, регистрируется четверть миллиарда трансфертных сделок. Это все настоящие большие данные, и это позволяет из, казалось бы, разрозненной информации получать новые знания.

Прорывные решения

За последние годы ФНС был разработан ряд уникальных технологий.
Традиционный налоговый разрыв НДС в Европе составляет 9–11%, у нас он тоже был высоким, но сегодня мы довели уровень этого разрыва до менее 1%. Это значит, что за эти годы наша экономика стала более прозрачной и уже нет таких возможностей для злоупотреблений, как раньше. Порядка стало больше. Бюджетные поступления выросли.

Еще один проект, которым мы гордимся, — внедрение онлайн-кассовой техники. На кассе вы получаете чек с QR-кодом и можете тут же пойти на сайт и проверить с помощью кода, что покупка была вами совершена, что она задекларирована. Здесь работает целая совокупность прорывных технологий, комбинированное использование которых и позволяет добиваться успеха.

Систему, которая была придумана для самозанятых граждан, мы считаем верхом налогового администрирования. И зарубежные коллеги это также признают. И даже по-хорошему завидуют нам в том, что удалось сделать с мобильным приложением для самозанятых. Теперь человек может начать заниматься бизнесом в тот же момент, когда эта мысль пришла ему в голову.

Это наше будущее. В той или иной мере налоговая система будет развиваться вокруг подобных решений. Но на самом деле это вершина айсберга, а то, что находится «под водой», — это большие данные, информационная инфраструктура, это нового качества госслужащие, это изменение самой философии госслужбы. От органов власти сегодня ожидают сервис высочайшего уровня.

 

Полезный двойник

Мы хотим понять, каким ожиданиям налогоплательщиков должен отвечать налоговый орган в 2030 году. К этому надо готовиться уже сегодня.

Колоссальная проблема — защита данных. Входя в Сеть, мы делимся данными о себе, и они тут же перестают быть нашими. А данные — это деньги. И это тоже может быть источником дохода.

Если мы становимся обладателями своих данных, то здесь надо посмотреть, что будет происходить с технологиями искусственного интеллекта, потому что математика и big data позволяют смоделировать поведение отдельных людей и компаний.

Уже существуют наши цифровые двойники, мы себе, может быть, не отдаем в этом отчета, но они уже есть. Кто является их владельцем? На стыке всех этих технологий будут рождаться новые продукты, и мы сами уже будем контролировать свое второе цифровое «я». И оно, возможно, станет автоматизированным и возьмет на себя рутинные функции, чтобы освободить наше время.

МНЕНИЯ

Тигран Худавердян, управляющий директор группы компаний «Яндекс»:

— Мне кажется, у нас в стране возникло уникальное состояние доверия. Пример с самозанятыми: человек выбивает чек прямо из мобильного приложения. Или онлайн-кассы — этого раньше ничего не было. И появилось только после того, как возникли различные платформы («Яндекс.Такси», YouDo.com и др.) и появилась надобность все это отрегулировать.

Индустрия услуг, как говорят налоговики, может полностью «обелиться». Миллионы граждан России, которые оказывают разные услуги, получили возможность честно трудиться и не иметь проблем с налоговой. И сделано это максимально просто. Раньше надо было заполнять какие-то жуткие декларации, каждый раз там проскакивали ошибки.

Главное — это взаимопонимание, которое сейчас есть между государством в лице ФНС и платформами. Сегодня действительно сложилась уникальная среда. Каждая транзакция в стране мгновенно регистрируется в базе данных. Это означает, что сейчас можно заглянуть в эти данные, проанализировать их, чтобы лучше понимать, что происходит со страной. За секунду можно узнать, что сегодня люди покупают, по каким ценам, стали ли тратить больше или меньше.

Сегодня Россия с точки зрения налоговых продуктов для платформ самая прогрессивная. Сотни тысяч самозанятых, например, не покупают кассовую технику, а делают все в смартфоне. «Яндекс» более-менее широко представлен в странах СНГ, и наши соседи очень внимательно смотрят, что происходит сегодня в России в этом сегменте. И мы, насколько можем, делимся опытом.

Алексей Гидирим, основатель YouDo.com:

— Мне понравилось в продукте ФНС для самозанятых, что налоговая перешла на новый уровень и общение стало похоже на общение двух бизнесов, это разговор на одном языке. Вопрос качественного администрирования в том, насколько хорошо вы понимаете своего клиента. Для этого нужно смотреть не сверху, а глаза в глаза.

Поколения Y и Z являются законодателями моды в современных продуктах и имеют к ним определенные требования. И не может быть успешного администрирования, если продукт плохой.

В продукте для самозанятых реализованы очень успешные вещи, схожие с тем, что делают известные ИТ-компании. Идет борьба за пользователя: если ему неинтересно, то он просто перестает взаимодействовать с этой платформой.

Сегодня у человека есть возможность платить налоги или оставаться в серой зоне. Тот диалог, который был создан ФНС, выгоден пользователю. Выгоднее теперь быть в белой зоне, потому что это дает дополнительные возможности для кредитования, ты становишься понятным для многих учреждений.

Нужно понимать, каким образом трансформировался рынок труда. Становится больше фриланса, самозанятости. Мы еще в 2016 году делали исследования, где указали, какая динамика трансформации будет с рынком, и дали свои рекомендации, как эффективнее всего выводить людей из серой зоны.

За предыдущий год пиковый объем регистрации людей, которые приходили к нам на YouDo за подработкой, достигал 120 тысяч в месяц. Сейчас людей на платформе более 2 млн. Это граждане, которые ищут инструменты домонетизации свободного времени. К сожалению, число приходящих за подработкой значительно превышает объем заказов в C2C-сегменте, в связи с чем мы запускаем новое направление, когда компания является заказчиком, а самозанятый уже может быть исполнителем.

Мы и раньше пытались к этому подойти, но то сложное администрирование, которое существовало до недавнего времени, не позволяло реализовать наши идеи. Мы пробовали это делать с индивидуальными предпринимателями, но опросы показали, что пользователи совершенно не готовы на все сложные процедуры для ИП, на взаимодействие с госорганами. Поэтому тезис, что государство должно быть не видно, очень правильный.

Наталия Шагарина, сооснователь сервиса «Едадил»:

— На примере своего бизнеса — нам действительно нужно, чтобы налоговая успевала меняться вместе с нами. И здесь случилось так, что не налоговая догоняет бизнес, а уже бизнес налоговую. ФНС создала удобную платформу. Мы большие фанаты онлайн-касс. Для простого пользователя это QR-код на чеке, а для бизнеса — необходимость отправлять данные в облако. Это дало возможность сделать социально полезный продукт. Наше приложение «Едадил» помогает гражданам экономить на ежедневных покупках. Нас используют 12 млн человек.

Когда мы два года назад поняли, что можно создать еще одну цепочку с помощью чеков, мы сделали кешбэк. Приходим в магазин, находим на полке товары с кешбэком, оплачиваем на кассе, берем чек, сканируем с него QR-код через приложение «Едадил». Видим, за какие товары выдан кешбэк, — и можем перевести себе деньги.

Анализируя миллионы чеков, мы определяем динамику цен на товары по всей России. Например, мы подсчитали «индекс окрошки» и увидели, что в Липецке готовить ее на 30% дешевле, чем в Москве. На основе анализа данных приложение подскажет, в каком магазине возле дома выгоднее купить продукты.

Прогресс неостановим, и нужно просто идти с открытым забралом и решать проблемы, которые возникают по ходу, потому что тогда возникает больше возможностей.

Максим Скороходов, руководитель Практики аудита и автоматизации компании «Альянс Консалтинг»:

— Мы, как аудиторы, больше работаем с юридическими лицами. Поэтому для нас наиболее значимый результат цифровизации в области налогов в последние годы — автоматизированная система контроля (АСК) за возмещением НДС. Хотя для государства свою задачу она, несомненно, решила, существенно улучшив собираемость этого налога, многие компании были совсем не рады ее появлению. Впрочем, сейчас, на мой взгляд, ситуация устаканилась: добросовестным налогоплательщикам, не допускающим возникновения разрывов по НДС у своих контрагентов, теперь гораздо проще получить возмещение входящего НДС.

Успех АСК НДС, несомненно, сподвигнет налоговиков в ближайшие годы действовать в подобном русле и по налогу на прибыль, производя взаимоувязку данных по линии «расходы покупателя — доходы продавца». Хотя полностью автоматизировать контроль в этой области будет сложнее, так как, кроме стыковки числовых показателей, для налога на прибыль нужно проверять и экономическую обоснованность расходов. По моему мнению, в ближайшие несколько лет этим продолжат заниматься вполне живые налоговые инспекторы.

И в заключение о налоге для самозанятых. Для некоторых из наших клиентов такая форма сотрудничества оказалась очень удобной. В первую очередь для тех, кто ранее сотрудничал с большим количеством людей по договорам ГПХ: фрилансерами, удаленными сотрудниками и т. д. В таких случаях и налогов платить нужно меньше, и документооборот проще. А вот перевести всех штатных сотрудников на самозанятость не получится: налоговики накопили большой практический опыт борьбы еще с псевдо-ИП и переквалификации таких правоотношений в трудовые с последующим доначислением налогов и взносов.

Подготовил Николай Алексеев

Фото: организаторы ГФ-2020; ФНС РФ; Shutterstock

05.02.2020
экономика и бизнес

Цифровизация производства: уроки пандемии

#
экономика и бизнес

Джордан Белфорт: «Людям должно быть круто у вас в компании»

#
экономика и бизнес

Цифровизация производства: уроки пандемии

#
экономика и бизнес

Джордан Белфорт: «Людям должно быть круто у вас в компании»

#
анонсы
мероприятий