Лес или «зеленые» технологии?

strategiya-24-pechat-24

В ожидании прорыва в сфере «Зеленых технологий», или в чем заключаются основные экономические мотивы государства и бизнеса при формировании национальной системы регулирования выбросов парниковых газов?  Об этом рассуждает председатель отраслевого отделения по развитию бизнеса в сфере экологии и климата ФМоС «Деловой России» Олег Плужников.

Согласно целям стран, одобренным на Климатической конференции в Париже, траектория глобальных выбросов к 2030 году выходит на плато примерно в 60 млрд. т СО2-эквивалента (в настоящее время выбросы равны 50 млрд. т СО2- эквивалента). Это соответствует росту приземной температуры в 30С – диапазон оценок от 2,7 до 3,30С. В ходе переговоров страны сумели существенно отклониться от сценария «бизнес как обычно» (предполагавшего рост в 40С), что соответствует сокращению выбросов на 5-10 млрд. т СО2-эквивалента.

Вместе с тем, по оценкам экспертов эта траектория не соответствует пути «менее 20С», заявленной как цель соглашения. Для «20С» на 2030 год выбросы должны составлять 40 млрд. т СО2- эквивалента. В этой связи Парижским соглашением предполагается, что страны будут пересматривать свои цели каждые 5 лет в направлении большей амбициозности и постепенно приближать цели к пути «20С» как до 2030 года, так и после.

Необходимо отметить, что тенденции к созданию и развитию систем регулирования выбросов парниковых газов с переходом на «зеленые» технологии развиваются в мире независимо от решений Климатических конференций в течение последних 10-15 лет. По оценкам Всемирного банка на дату подписания в Париже Климатического сокращения по ограничению выбросов парниковых газов, в мире насчитывается около 40 национальных юрисдикций и более 20 систем управления выбросами на уровне городов, штатов и регионов, установивших цену на выбросы углерода.

Основными экономическими мотивами для правительств этих стран являются снижение зависимости от импорта энергии, продвижение своих инновационных технологических продуктов и энергоэффективных технологий на мировых рынках. 

circle

Потенциал российских лесов поглощать выбросы парниковых газов существенно недооценен. Реальный объем поглощений должен быть существенно выше, в связи с чем Россию можно рассматривать в качестве донора мировой климатической системы.

Олег Плужников, председатель отраслевого отделения по развитию бизнеса в сфере экологии и климата ФМоС «Деловой России»

Существуют разные (иногда противоположные) оценки участи России в Парижском соглашении По оценкам экспертов Минэкономразвития и Минприроды России, представленным в правительство в июле этого года, Парижское соглашение в его нынешнем виде (до принятия Правил его реализации) не несет явных и существенных рисков и угроз социально- экономическому развитию страны, более того, «оно может быть использовано для ускорения темпов экономического роста, связанного с переходом экономики на низкоуглеродные технологии». 

Президент РСПП Александр Шохин считает, что Парижское соглашение, напротив, «будет оказывать негативное влияние на темпы социально- экономического развития России и создавать риски для состояния и конкурентоспособности российской экономики».

В соответствии с Парижским соглашением Российская Федерация взяла на себя обязательство ограничить антропогенные выбросы парниковых газов на уровне 70–75% выбросов 1990 года к 2030 году, при условии максимально возможного учета поглощающей способности лесов. При этом сокращение выбросов парниковых газов к 2030 году на 25–30% по сравнению с выбросами 1990 года «позволит Российской Федерации выйти на траекторию низкоуглеродного развития, совместимого с долгосрочной глобальной целью — непревышением двухградусного уровня повышения температуры».

стратегия 24 печать-22

Подписание Россией Парижского соглашения существенно активизировало работу органов исполнительной власти России по созданию условий для перехода на низкоуглеродные технологии. В течение первой половины 2016 года приняты решения о разработке методологического обеспечения расчета выбросов, о разработке модели регулирования выбросов, внесен в Правительство России законопроект об обязанности предприятий предоставлять отчетность по выбросам, а через два года должен быть разработан законопроект о регулировании выбросов парниковых газов.

Особняком стоят решения правительства, связанные с использованием инструментов НДТ для сокращения выбросов парниковых газов. В соответствии с Распоряжением Правительства от 11 мая 2016 года № 877-р сведения о технологических показателях выбросов парниковых газов, которые относятся к загрязняющим веществам, должны включаться в справочники НДТ.

На заседании Рабочей группы по вопросам климата и экологии Минэкономразвития России, состоявшемся в конце августа этого года, приняты решения об активизации усилий по разработке показателей сокращения выбросов парниковых газов для всех отраслей российской промышленности. Будут ли эти показатели утверждаться в качестве нормативов — пока не ясно, но ясно то, что они будут в том или ином виде использоваться при формировании национальной системы регулирования выбросов парниковых газов.

icon_s_24-05 Нетто-поглощение в 1990 году по методике ЦЭПЛ РАН — 63 (управляемые леса), 91 (все леса); по методике ВНИИЛМ — 442 (все леса)

В соответствии с официальной точкой зрения, все эти действия правительства связаны с интенсивной подготовкой к ратификации Парижского соглашения. По оценкам большинства экспертов, количественные ограничения по выбросам не представляют экономической угрозы для развития России. В России в соответствии с данными Национального кадастра (2016 год) уровень выбросов с учетом сектора землепользования и лесного хозяйства (LULUCF) в 2014 году составил 56% от уровня 1990 года, без учета этого сектора — 71,4%.

Таким образом, запас углеродных единиц огромен. Почти очевидно, что в условиях полного отсутствия каких-либо специальных мер Россия без особых проблем выполнит свои обязательства по ограничению выбросов. Тогда какой же объективной необходимостью вызваны действия правительства по ускоренному переводу экономики на низкоуглеродные рельсы, и самое главное, — какова цена вопроса?

Таких причин, вероятно, три. Первая — в соответствии с Парижским соглашением взятые странами добровольные обязательства не являются строго и навсегда фиксированными. То есть поскольку решения Парижской конференции не достигли поставленной цели ограничения выбросов в пределах двух градусов, Парижским соглашением предусмотрена возможность, а точнее даже, необходимость ужесточения обязательств по ограничению выбросов. Условия и правила такого ужесточения предполагается принять позднее. Какими будут эти условия сегодня сказать никто не берется. С высокой степенью вероятности можно предположить, что более мягкими эти обязательства не станут.

icon_s_24-01 Среднее нетто-поглощение за 2021–2030 годы по методике ЦЭПЛ РАН — 134–149 (управляемые леса), 166–198 (все леса); по методике ВНИИЛМ — 525 (все леса)

Вторая. Все страны, присоединившиеся к Парижскому соглашению, к 2020 году должны будут представить свои стратегии низкоуглеродного развития. Будут ли устанавливаться какие-либо требования к таким национальным стратегиям — большой вопрос, но очевидно то, что без введения некоторых мер по регулированию выбросов не обойдется ни одна национальная стратегия низкоуглеродного развития.

И наконец третья, и, вероятно, самая главная причина. Такие страны, как Китай, США, страны ЕС и многие другие уже очень далеко (от России) ушли в вопросах формирования систем национального углеродного регулирования и установления цены на выбросы углерода. Следующий вероятный и легко прогнозируемый шаг со стороны этих стран — организация защиты своих рынков от продукции, поступающей из тех стран, которые не вводили систему углеродного регулирования. По аналогии с теми мерами, которые в настоящее время вводятся для авиационных перевозок. Очевидно, Россия, до настоящего времени не принявшая мер по введению углеродного регулирования, пострадает здесь одной из первых.

Вряд ли спасут меры в области технологического регулирования выбросов парниковых газов. Да, действительно, Распоряжением Правительства России от 19 марта 2014 года № 398-р утвержден комплекс мер, направленных на отказ от использования устаревших и неэффективных технологий. Стержнем этого плана является комплекс мер, обеспечивающих переход на наилучшие доступные технологии (НДТ). Целый ряд справочников по переходу на НДТ к настоящему времени уже утвержден Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии (в том числе справочники по производству целлюлозы, древесной массы, бумаги, картона, цемента, аммиака и минеральных удобрений).

Вместе с тем необходимо отметить, что реализация мер по переходу на НДТ осуществляется в рамках экологического законодательства, поэтому введение технологического регулирования выбросов парниковых газов (или если точнее — введение показателей выбросов в НДТ) решает проблему регулирования соответствующих выбросов лишь частично.

icon_s_24-09 Подлежит зачету в 2021–2030 годах, если принять в качестве базового 1990 год: по методике ЦЭПЛ РАН — 71–86 (управляемые леса), 85–107 (все леса); по методике ВНИИЛМ — 83 (все леса).

Действительно, уже к концу 2015 года в ряде справочников НДТ показатели выбросов парниковых газов были введены. Однако показатели, которые должны быть отражены в НДТ, не учитывают основной парниковый газ — СО2 , который по эффективности существенно выше всех остальных вместе взятых. Других же форм регулирования выбросов парниковых газов в России пока нет. Государственная поддержка региональных программ повышения энергетической эффективности (а по сути — сокращения выбросов парниковых газов) два года назад полностью прекращена, и до сих пор неясно, будут ли в дальнейшем предусматриваться действия, связанные с субсидированием роста энергетической эффективности (сокращения выбросов парниковых газов). Вместе с тем, по данным ряда российских экспертов из научных кругов и представителей бизнеса, значительный потенциал сокращения углеродоемкости российской промышленности лежит не в технологической, а в лесной сфере. Именно леса России могут спасти от дискриминационных мер других стран в области углеродного регулирования. По мнению этих экспертов, учет российских поглощений СО2 лесным сектором производится в настоящее время неправильно. Неверно посчитано, не все поглотители учтены, применяется неправильная методика. Максимальный учет всех экосистем позволит существенно увеличить объемы поглощений парниковых газов, что позволит минимизировать требования к выполнению Парижского соглашения и с одной стороны — снизит финансовую нагрузку на бизнес, с другой — будет способствовать выполнению Россией своих обязательств по ограничению выбросов.

стратегия 24 печать-23

icon_s_24-02 Суммарные выбросы парниковых газов без учета LULUCF в 1990 году — 3 940 191, в 2014 году — 2 812 310 (изменение — 28,6%). Суммарные выбросы парниковых газов с учетом LULUCF в 1990 году — 4 105 091, в 2014 году — 2 299 275 (изменение — 44,0%)

В настоящее время в России существует как минимум две методики расчета поглощения углерода, одна из них (методика ЦЭПЛ РАН) — официальная, используемая для представления докладов в Секретариат Климатической конвенции (см. врезку). Разница в расчетах — весьма существенна.

На августовском заседании Рабочей группы Минэкономразвития России по вопросам климата и экологии принято решение о необходимости проведения в течение полугода тщательных оценок поглощения парниковых газов российскими лесами, которые предполагается выполнить на площадке Рослесхоза. До того как будут проведены эти оценки, вероятно, сложно будет говорить о возможных прорывах в сфере развития «зеленых технологий» и формирования низкоуглеродного законодательства, вызванных решениями по Парижскому соглашению.

 

Автор: Олег Плужников

Категория: Статьи

Новости по теме:

Цена легализации

Европейский миграционный кризис напомнил россиянам о собственных отношениях с приезжими. Но эти проблемы в РФ не возникли внезапно. Они планомерно накапливались, включая все больше аспектов, среди которых и вопросы законного статуса иностранных работников, и увеличение теневого сектора экономики, и сокращение трудовых ресурсов.

Мегатренд: новые вызовы – новые стены?

На протяжении последних 50 лет самым распространенным в международных отношениях было слово «стена». Люди строили стены, разделяя нации после Второй мировой войны, затем, в постсоветское время, активно их сносили. Позднее, разрушив основные стены, мир ринулся дальше — в эпоху глобализации и всеобщего сближения, в основе которого лежит безудержное развитие коммуникационных технологий.